Фукусимский сценарий

Чего добьется Россия, обесточив украинские АЭС, объясняет физик-ядерщик Дмитрий Горчаков

Из-за войны в Украине растет угроза аварий на атомных электростанциях страны, об этом заявили представители органов по надзору за ядерной безопасностью из 38 стран Европы и Америки. Всего в Украине четыре АЭС; одна из них, Запорожская, захвачена российскими войсками и находится в состоянии холодного останова. На трех других станциях продолжают работать девять реакторов, и это обеспечивает 80% энергопотребления в стране. Россия напрямую не атакует АЭС, но она целенаправленно уничтожает энергетическую инфраструктуру Украины, и это создает опасность для атомных станций. Какими могут быть последствия — объясняет физик-ядерщик, эксперт по атомной энергетике в Bellona Environmental Transparency Center Дмитрий Горчаков.

— Если Россия не бьет по атомным электростанциям, то чем, с точки зрения ядерной угрозы, опасны удары по остальной украинской энергетике? Какая здесь связь?

— Связь тут довольно очевидна для специалистов атомной отрасли, именно об этих рисках и говорят регуляторы. И Ассоциация западных операторов АЭС, и главы управлений по радиационной безопасности, и мы в «Беллоне» говорили об угрозе ядерных аварий еще в 2022 году. Во время войны не обязательно бить по самой атомной станции, чтобы создать опасную ситуацию, и это мы видели в Украине много раз.

Если, например, Россия бьет по какой-то критически важной электроподстанции, соединяющей АЭС с энергосистемой, это отключает станцию от системы и в свою очередь вызывает много неприятных последствий. АЭС должна выдавать электричество в энергосеть, для этого она и работает. В случае отключения от энергосистемы реакторы заглушаются, потому что станции, во-первых, некуда выдавать энергию. Во-вторых, нужно сокращать тепловыделение в реакторе, а для этого станции тоже необходимо получать электроэнергию извне, чтобы работали системы безопасности, в первую очередь — охлаждения топлива.

— То есть из-за потери связи с энергосистемой станции некуда девать электричество — это раз, топливо не охлаждается — два?

— В случае отключения станции от сети энергоблок сам себя заглушит. Даже без вмешательства операторов. Когда некуда выдавать энергию и неоткуда ее получать, надо заглушить реактор, чтобы минимизировать выделение излишнего тепла. Чем быстрее остановить реактор, тем меньше тепла он будет выделять. Конечно, на каждой АЭС есть резервная система энергоснабжения на такой случай: станция будет получать электричество за счет работы дизель-генераторов.

— Как долго способны работать дизель-генераторы?

— Потенциально они могут работать довольно долго, это показывает практика Запорожской АЭС. Были ситуации, когда станция сама себя обеспечивала таким образом в течение месяца, то есть просто подвозили топливо к дизель-генераторам. Их ресурс известен, его вполне можно прогнозировать. Но если что-то случится, если топлива не будет, если дизели не сработают или сами будут повреждены в результате каких-то других атак, то самое страшное, что может случиться, — это так называемый фукусимский сценарий, когда не оказалось именно резервного источника электроснабжения. То есть произойдет то, что случилось в Фукусиме в 2011 году.

— Там как раз совпало сразу несколько факторов: авария на АЭС и одновременно цунами, из-за которого генераторы оказались затоплены.

— Да, поэтому топливо на АЭС просто неконтролируемо перегревалось. То есть был фактор, из-за которого станция отключилась от сети, и при этом одновременно не сработали генераторы. Это был фактор природный, в Украине такое вряд ли возможно.

То есть по атомной станции не бьют, но отключить ее от энергосети могут, а это уже вполне прогнозируемый сценарий, который был заложен инженерами. Хотя сломаться может любая система, поэтому любое такое отключение — потенциально опасная ситуация. Каждый раз это тест на надежность оборудования и людей, на их способность адекватно реагировать.

— Почему регуляторы заговорили об этом сейчас, если проблема понятна с 2022 года?

— Это как раз можно понять. Да, война идет пятый год, и такие атаки стали регулярными, особенно в преддверии зимы, когда электроэнергия критически важна. Россия бьет по украинской энергосистеме с 2023 года, но это не значит, что история просто повторяется. За эти годы атакам подвергалась практически вся инфраструктура; как говорит президент Владимир Зеленский, в Украине не осталось ни одной неповрежденной электростанции, многие объекты полностью уничтожены. Поэтому сейчас выработка и потребление электричества в Украине вдвое меньше, чем были до войны. Каждую зиму мы видим сокращение мощностей, потому что не всё можно восстановить. И каждая зима может быть гораздо хуже, чем предыдущая.

Атакам действительно подвергались как минимум по одному разу все электростанции, за исключением ядерных. По АЭС напрямую, конечно, не бьют, хотя косвенные «предупреждения» им тоже делали, и это значит, что сами электростанции остаются. Три АЭС в Украине продолжают работать, и их роль становится всё более и более значимой для энергосистемы.

— И их невозможно из соображений безопасности просто остановить, как Запорожскую, потому что они вырабатывают 80% всей электроэнергии в Украине.

— Совершенно верно, замены им нет. Есть разные оценки их роли, и я могу допустить, что зимой, когда Россия старается всё остальное разбомбить, доля АЭС в производстве электроэнергии может быть даже выше. Россия это тоже прекрасно понимает, поэтому и старается их выключить «виртуально»: не уничтожая напрямую, а отключая от энергосистемы. В лучшем случае их вынуждают снижать мощность. С учетом того, что в эту зиму влияние АЭС еще вырастет, потому что всю остальную энергосистему уже разбомбили, повышаются риски таких ситуаций, когда эти критически важные объекты будут отключаться. Думаю, это и стало поводом для того, чтобы регуляторы сделали такое заявление, оно, на мой взгляд, совершенно адекватное. 

— История, похожая на Фукусиму, была в 1993 году на Кольском полуострове: из-за обледенения проводов АЭС лишилась электроснабжения, а дизель-генераторов просто не хватало. Но ведь там выкрутились?

— Об этом я и говорю: отключение от энергосети заложено в конструкцию любой атомной станции, сценарии предполагают, что такое может случиться по разным причинам, включая природные явления, на этот случай есть протоколы, есть инженерные решения. И такие события крайне редки, большинство атомных электростанций с подобным никогда не сталкивались. Но, например, Запорожская АЭС за время войны уже 27 раз оставалась в полном блэкауте. Такая ситуация была в октябре прошлого года, станция почти месяц работала только на дизель-генераторах. В этом году тоже был месяц, когда ЗАЭС полностью отключалась от энергосистемы. То есть за год суммарно она два месяца работала только на собственных генераторах. Думаю, это единственный такой случай в истории, а ведь это действующий объект.

— Разве Запорожская АЭС действующая? Она же в состоянии холодного останова?

— Да, это существенно снижает ядерные риски, но, тем не менее, по всем протоколам это действующая атомная станция. И ее отключение от сети всё равно небезопасно. Так не бывает, что реакторы заглушили — и можно от сети отключать. Топливо всё равно необходимо охлаждать. Конечно, оно не расплавится за несколько часов, как это было бы на работающем реакторе, но это по-прежнему опасно.

— А что произойдет, если станция отключена, дизель-генераторы больше не работают, топливо не охлаждается и начинает плавиться? Какой дальше сценарий?

— Тут всё зависит от типа конкретного энергоблока и от того, как себя поведет персонал. На Запорожской АЭС, поскольку она остановлена, если и случится перегрев топлива, то через несколько недель.

Если говорить о трех действующих станциях в Украине, то там девять реакторов двух типов, и для них сценарии разные. Есть большие гигаваттные реакторы, а есть ВВР-440 — на 440 мегаватт. Наихудший сценарий такой: ничто не сработало, электроэнергия отключилась, реакторы резко остановились. 

Дальше самое худшее, что топливо продолжит нагреваться, это будет повышать давление в реакторе. Это давление нужно будет как-то сбрасывать. В лучшем случае его могут контролируемо стравливать, но это всё равно будет означать выброс потенциально радиоактивного пара. Это может привести как минимум к локальной радиоактивной аварии с выбросом радиоактивного пара в окружающую среду, чтобы предотвратить взрыв реактора из-за повышающегося давления.

Если это будет происходить неконтролируемо, то произойдет примерно то же самое, что в Фукусиме. Там сначала сбрасывали давление, но потом всё-таки из-за высокого давления и выделения водорода произошли взрывы и разгерметизировался внешний контейнмент. Это, наверное, самый худший сценарий для такого типа реакторов в случае блэкаута.

Регуляторы, которые сейчас выступили с заявлением, делали оценки, ориентируясь на фукусимский сценарий: авария, которая потребует эвакуации людей в радиусе десятков километров и разного рода мер профилактики, в частности, для предотвращения поражения летучим радиоактивным йодом. Могут быть рекомендации пить таблетки йодированного калия для населения в радиусе ста километров. Это, наверное, самый худший сценарий: поражение на десятки и сотни километров, в зависимости от ветра и других факторов. Точнее спрогнозировать это сложно, есть много нюансов: и технических, и организационных, как поведут себя операторы на станции, как отреагируют службы безопасности, эвакуации и так далее. Но потенциально это крупный ядерный инцидент.

— Южно-Украинская АЭС самая крупная, ее мощность почти три гигаватта, и она — ближайшая к России и к оккупированным территориям. По-вашему, в России это учитывают?

— Я думаю, это не так важно, потому что Россия бьет по всей энергосистеме Украины. Здесь особых нюансов, на мой взгляд, нет, я не могу выделить, какая из станций опаснее. Дело ведь не в том, что ракета попадает по самой станции. Хотя и такое может случиться, и это наихудший сценарий, потому что это будет уже физическое повреждение ядерного объекта, возможно, с разрушением реактора. А ракеты, насколько я знаю, долетают и до регионов с более удаленными АЭС — Хмельницкой и Ровненской. Но главный сценарий всё-таки в том, что повреждаются подстанции и вся энергосеть Украины, то есть затронуты могут быть все энергообъекты. Я бы не выделял какую-то АЭС как более опасную или менее опасную.

— Но всё-таки есть станция, расположенная по отношению к России ближе, чем другие, и она достаточно мощная. Насколько вероятная авария навредит именно России?

— Вопрос не в мощности. Вопрос в том, насколько подготовлен персонал, в каком состоянии все системы резервного энергообеспечения. В остальном это абсолютно неконтролируемая история. И я, честно говоря, не думаю, что в России хотят ядерной аварии, для них тоже плюсов в этом никаких. Задача России — просто разрушить украинскую энергосистему, чтобы в Украине не вырабатывались тепло и электричество.

— То есть создавая угрозу для АЭС, Россия как раз и добивается, чтобы Украина их остановила?

— Именно так. Это в чистом виде военное преступление, это террор против гражданского населения. Худший сценарий — это уже ядерная авария, тогда точно все пострадают, но я не понимаю, в чём здесь плюс для России. 

— Что могут сделать мировые регуляторы и вообще заинтересованные страны, чтобы предотвратить остановку украинских АЭС, кроме как выпускать заявления? Существуют ли какие-то меры не на словах? Может быть, надо поставить Украине какое-то особое оборудование?

— Насколько я знаю, многие этим занимаются. Это не попадает в заголовки новостей, но, например, норвежский атомный регулятор DSA, и многие другие на Западе, и само МАГАТЭ — через них многие страны помогают атомной отрасли Украины именно поставками оборудования и разных систем, которые могут пригодиться как раз в случае аварии. Эту работу ведут с самого начала войны, с 2022 года.

На Запорожской АЭС миссия МАГАТЭ не просто появилась и поставила флажок: они уже тогда начали поставки оборудования и для персонала, и для самого объекта. Это малоизвестная история, но речь идет о десятках, если не сотнях миллионов евро. Именно такие технические мелочи обеспечиваются на случай, если что-то пойдет не так: чтобы станция была готова, чтобы предотвратить худший сценарий. Поэтому нельзя сказать, что в мире ограничиваются заявлениями и ничего не делают. Но западная атомная отрасль и мировые регуляторы очень ограничены, невозможно поставить какое-то такое оборудование, которое будет гарантировать, что ничего не случится. Многое разрушается, многое изнашивается, на многое у Украины, возможно, не хватает средств, сейчас другие приоритеты по сравнению с мирным временем. Но работа точно ведется, просто она остается за закрытыми дверями. Невозможно раскрыть здесь все детали, потому что такую информацию Россия может использовать, чтобы всё это разрушить.

Поделиться
Больше сюжетов
«Летит не по тебе — газ в пол, не останавливайся»

«Летит не по тебе — газ в пол, не останавливайся»

Атаки ВСУ разрушили автомобильную часть Крымского моста. Как теперь устроено сообщение с полуостровом и почему водители боятся ехать в объезд

«Путин не смог защитить свое любимейшее творение»

«Путин не смог защитить свое любимейшее творение»

Крымский мост частично обрушен. Как и зачем ВСУ его атакуют, смогут ли российские власти его восстановить и каких ударов ждать дальше

ВСУ с начала ноября ударили по десяти российским НПЗ

ВСУ с начала ноября ударили по десяти российским НПЗ

Если атаки продолжатся в таком же темпе, Россию ждет серьезный дефицит бензина, предупреждают эксперты

«Первое, что мешает военной технологии, — человек»

«Первое, что мешает военной технологии, — человек»

Как действуют на фронте большие украинские дроны-бомберы, которые умеют высаживать рободесант и эвакуировать раненых. Репортаж Дмитрия Дурнева с передовой

Воевал за Украину — признан угрозой Швеции

Воевал за Украину — признан угрозой Швеции

Бойцу «Сибирского батальона» Алексею Макарову отказали в проездном документе беженца

В сердце килзоны

В сердце килзоны

Почему Путин не знает, контролирует ли он Константиновку

Убийства в автоматическом режиме

Убийства в автоматическом режиме

Конференция в Женеве будет решать судьбу договора о «роботах-убийцах». 12 лет дискуссий — и до сих пор нет даже определения

Гарантированный тупик

Гарантированный тупик

Россия, Украина и США снова оказались за столом переговоров в Абу-Даби. Итог – договоренность об обмене пленными. Почему никто не готов к уступкам по более принципиальным вопросам?

Похищение Алисы

Похищение Алисы

Россиянин забрал ребенка у матери-украинки и обманом вывез из Франции в Сибирь. Репортаж «Ветра»