«Я готов хоть на десять лет сесть, чтобы сохранить свою жизнь»

Милана Очирова

«Больше месяца назад был похищен Мовлаев Мансур из Старых Атагов. По имеющейся у нашего источника информации, он незаконно удерживается на территории Заводского УВД», — такой пост появился в конце декабря 2020 года в чеченском оппозиционном телеграм-канале 1ADAT. Авторы канала утверждали, что против Мовлаева готовят дело по наркотической статье, и упрекали его родственников в том, что те больше месяца не рассказывали о похищении сына. Сам Мансур в разговоре с адвокатом объясняет молчание семьи страхом. По его словам, родственники похищенных в Чечне часто не обращаются к журналистам и правозащитникам, опасаясь, что огласка только ухудшит положение задержанного или приведет к преследованию других членов семьи.

К тому времени Мансур окончил Грозненский государственный нефтяной технический университет и работал в «Чеченэнерго» сначала техником, затем инженером первой категории. Параллельно он занимался олимпийским тхэквондо. Мовлаев получил звание мастера спорта, побеждал на республиканском чемпионате, становился победителем первенства Северо-Кавказского федерального округа и призером российских и международных турниров.

Но была и другая, непубличная часть его жизни.

Юрист Мурат Адам рассказывал, что Мансур также сообщал об известных ему коррупционных схемах и считал это своим «гражданским долгом». Одним из ресурсов, которым он передавал информацию, был 1ADAT. Движение появилось весной 2020 года. В 2022 году Верховный суд Чечни признал 1ADAT экстремистской организацией и запретил его деятельность в России. Основатель движения Ибрагим Янгулбаев живет за границей. Его мать Зарему Мусаеву силовики в январе 2022 года похитили из квартиры в Нижнем Новгороде и увезли в Чечню. Сейчас она отбывает срок в чеченской колонии. Правозащитники считают ее преследование политически мотивированным. Мовлаев говорил адвокату, что одну из последних переданных им 1ADAT историй он услышал по дороге на работу. В служебной газели «Чеченэнерго» сотрудники обсуждали похищение жителя соседнего села. Мансур собрал данные о пропавшем и отправил их в бот движения, информацию опубликовали. Примерно через неделю после этого его самого похитили. Тогда силовики и нашли в его телефоне открытый бот 1ADAT и переписку с ним.

Прогноз 1ADAT о том, что в отношении Мовлаева готовится наркотическое дело, сбылся. Его обвинили по статье 228 УК России о незаконном обороте наркотиков. Сам Мансур утверждает, что силовики предложили ему выбрать, что именно у него «найдут» — наркотики или оружие, но сразу предупредили: в любом случае он окажется в колонии. Мовлаев «выбрал» наркотики. По словам чеченца, во время первого похищения его пытали сотрудники Заводского УВД Грозного: тогдашний начальник уголовного розыска Заур Насуханов и подчиненные ему оперативники.

В 2021 году Шейх-Мансуровский районный суд Грозного приговорил его к трем годам колонии-поселения за хранение 150,5 грамма марихуаны. Мовлаев отсидел около полутора лет и в апреле 2022 года вышел условно-досрочно. После освобождения он уехал в Москву. Но из-за условий УДО ему приходилось регулярно возвращаться в Чечню и отмечаться в полиции.

В начале июля 2022 года, во время одного из таких приездов, к нему домой ворвались вооруженные люди. Мансура снова увезли, на этот раз, по его словам, в неофициальную тюрьму на заднем дворе Шалинского отдела полиции. Обычных камер там не было. По описанию Мовлаева, задержанных держали в помещении, похожем на сарай, которое по очереди охраняли двое сотрудников. Самого Мансура поместили отдельно от остальных как «особо опасного преступника». Он утверждает, что его избивали и пытали током. В этот раз в пытках Мовлаева, с его слов, участвовали начальник Шалинского РОВД Ахъяд Мусанипов, начальник уголовного розыска Индарби Агамирзаев и оперативник по имени Рамзан.

Примерно через месяц к Мовлаеву привели государственного адвоката. Тот сообщил, что против него собираются возбудить дело, уже об экстремизме, после чего официально оформить задержание и перевести в СИЗО. По версии защиты, во время пыток силовики получили доступ к телефону Мовлаева. От его имени они якобы начали переписку с оппозиционным каналом, а затем перевели криптовалюту на публичный кошелек 1ADAT. В дальнейшем этот перевод мог быть использован как доказательство финансирования экстремистской организации. Сам 1ADAT утверждал, что Мовлаев никогда прежде не отправлял движению деньги.

Дело о финансировании экстремистской деятельности против него впоследствии действительно было возбуждено. Но официального задержания Мовлаев не дождался. По его словам, в помещении, где его удерживали, он нашел гвоздь, с его помощью разобрал дверной замок, вышел во двор и перелез через ограду. 1ADAT позднее назвал Мовлаева единственным известным движению чеченцем, которому удалось сбежать из такой «нелегалки».

Сам Мовлаев некоторое время скрывался в России без документов. Позднее он достал поддельный паспорт, с ним он пересек границу с Казахстаном, а оттуда перебрался в Кыргызстан.

«Лучше в тюрьму, чем на родину»

20 августа 2023 года Мовлаева задержали в аэропорту Тамчы в Иссык-Кульской области. Он собирался вылететь в Турцию. Ибрагим Янгулбаев рассказывал, что оттуда Мансура планировали переправить в Европу и уже обсуждали с международными правозащитниками возможность предоставления ему убежища.

Кыргызстанский Госкомитет национальной безопасности представил задержание как результат контртеррористической операции. Ведомство объявило Мовлаева сторонником «радикальной идеологии» и участником «спящей ячейки». По версии ГКНБ, он якобы по указанию находившихся в Сирии «эмиссаров» готовил нападения на состоятельных жителей Кыргызстана, а добытые деньги собирался направлять некой международной террористической организации. Ее название спецслужба не сообщила.

Однако обвинений в терроризме Мовлаеву в итоге не предъявили. В Кыргызстане его судили только за незаконное пересечение границы по поддельному паспорту.

Во время избрания меры пресечения произошла необычная сцена. Адвокат Бакыт Автандил впервые в своей практике поддержал ходатайство следствия об аресте собственного подзащитного. Защита боялась, что при более мягкой мере Мовлаева могут похитить и тайно вывезти в Россию.

«Я готов хоть на десять лет сесть здесь в тюрьму, чтобы сохранить свою жизнь», — сказал Мансур в последнем слове.

В октябре 2023 года суд в Бишкеке приговорил его к шести месяцам колонии и выдворению из Кыргызстана. Во время рассмотрения апелляции Мовлаев заявил, что сотрудники СИЗО избили его, пытаясь заставить отказаться от дальнейшего обжалования. 

20 ноября 2023 года Мовлаев отбыл шестимесячный срок. По решению суда после освобождения он должен был покинуть Кыргызстан. Сопровождать Мансура при выдворении поручили не сотрудникам силовых органов, а его адвокатам. По дороге Мовлаев заметил рядом с машиной защитников тонированный автомобиль. Он решил, что внутри могут находиться чеченские силовики, которые собираются его перехватить и вывезти в Россию. Мансур выпрыгнул из машины на ходу и скрылся.

«Исполнение выдворения Мансур взял на себя», — написал после этого Янгулбаев.

«Меня задержали. Братья, помогите»

После побега из Кыргызстана Мовлаев оказался в Казахстане. Следующие полтора года он прожил в Алматы под чужим именем. Снимал комнату, подрабатывал тренером в спортивном клубе и продавал спортивное питание. С семьей почти не общался, потому что боялся, что контакты с ним усилят давление на родственников в Чечне.

13 мая 2025 года Мовлаева задержали на пятом этаже торгового центра Esentai Mall. Перед тем как связь с ним оборвалась, Мансур успел отправить знакомым короткое сообщение: «Меня задержали. Братья, помогите». На следующий день адвокаты смогли встретиться с ним в изоляторе. Розыскное задание из Шалинского отдела МВД поступило алматинской полиции в тот же день, когда Мовлаева задержали.

В Казахстане адвокаты снова попросили суд отправить Мовлаева под стражу. Они объясняли, что до выяснения ситуации СИЗО остается единственным местом, где его можно защитить от возможного похищения. Суд назначил первоначальный экстрадиционный арест на 40 суток. 21 мая Мовлаев подал заявление о предоставлении убежища. Из изолятора он через своего адвоката передал для публикации открытое письмо к жителям Казахстана. В нем Мансур напомнил о депортации чеченцев и ингушей в Центральную Азию в 1944 году, когда казахи помогали им, несмотря на запугивания со стороны советской власти.

«Также я хочу обратиться к народу Казахстана. Қазақ Елім, в тяжелые дни для моего народа Вы не остались в стороне, протянув руку помощи, спасли от гибели мой чеченский народ в 1944 году, мы это помним и благодарны Вам. Сегодня, спустя столько лет, я — потомок того самого народа, который Вы тогда спасли, — вынужден просить Вас о помощи и поддержки у Вас! В 1944 году Вы спасли от гибели мой народ, а сегодня можете помочь спасти и мою жизнь», — написал он (стилистика авторская. — Прим. ред.).

26 декабря 2025 года казахстанские власти отказали Мовлаеву в статусе беженца. Месяц спустя, 27 января 2026 года, заместитель генерального прокурора Казахстана удовлетворил российский запрос о его выдаче. Российская сторона заверила Казахстан, что уголовное преследование Мовлаева не связано с его политическими взглядами и что после экстрадиции его не будут пытать или подвергать жестокому обращению.

«Это тебе за Мансура»

5 сентября 2024 года, когда сам Мовлаев уже скрывался за пределами Чечни, там исчезли двое его братьев: Зелимхан, которого до этого чеченские силовики уже похищали, и Хамзат. 1ADAT сообщил, что мужчин удерживали в отделе полиции Урус-Мартановского района и пытали, пытаясь таким образом заставить Мансура вернуться. Сам Мовлаев и 1ADAT назвали ответственным за их похищение заместителя начальника районного отдела полиции Рамзана Байсарова. Ранее Байсаров служил заместителем начальника отдела полиции по Надтеречному району. Движение NIYSO утверждало, что он лично участвовал в пытках задержанных и заставлял делать это подчиненных. После того как история с братьями Мовлаева стала публичной, их отпустили. Чеченские силовые ведомства официально не комментировали ни задержание братьев, ни обстоятельства их освобождения.

Во время пыток ему говорили: «Это тебе за Мансура». После того как информация о состоянии Зелимхана стала публичной, силовики приехали в Старые Атаги, уже за родителями Мансура. Вечером 5 июня неизвестные посадили Хаву и Мовсара Мовлаевых в автомобиль и увезли. Родственникам передали условие, что, если Мансур не вернется в Чечню, мать и отец тоже не вернутся домой. Выполнить это требование Мовлаев не мог даже при желании: в тот момент он уже находился под арестом в Алматы. 21 июня их вместе с Зелимханом вернули домой. В каком состоянии находились Хава и Мовсар после освобождения, публично не сообщалось.

Специальная докладчица ООН Мариана Кацарова в своем обращении к властям Казахстана также указала, что коллективные наказания, насильственные исчезновения, пытки и содержание людей в неофициальных местах лишения свободы являются документированными практиками чеченских силовиков.

Не выдать, но и не освободить

18 февраля представляющий Мовлаева в международных процедурах юрист Вадим Дроздов направил индивидуальную жалобу в Комитет ООН по правам человека. Через пять дней, 23 февраля, Комитет применил срочные обеспечительные меры и потребовал от Казахстана не выдавать Мовлаева России, пока его жалоба рассматривается по существу.

На следующий день Верховный суд Казахстана приостановил исполнение решения об экстрадиции.

— Цель срочных мер — сохранить статус-кво, чтобы международное разбирательство не стало формальным из-за необратимых последствий, — объясняет Дроздов. — В отличие от рассмотрения дела по существу, которое может занять несколько лет, решение о срочных мерах принимается оперативно. В данном случае жалобу направили 18 февраля, а уже 23 февраля Комитет применил меры.

Вечером 26 февраля административный суд Акмолинской области без участия самого Мансура отклонил его жалобу на отказ в предоставлении убежища. В мае это решение оставила в силе апелляция. А в июле экстрадиционный арест Мовлаева продлили еще на пять месяцев — до 13 января 2027 года. Это заседание также прошло без участия и Мансура, и его адвокатов. Выдать Мовлаева России Казахстан сейчас не имеет возможности из-за срочных мер Комитета ООН, но освобождать его из СИЗО казахстанский суд тоже не стал. Защита считает дальнейшее содержание Мансура под стражей незаконным.

28 мая Дроздов направил в Комитет ООН еще одну жалобу — на произвольное и чрезмерно долгое содержание Мовлаева под стражей. В июне Мовлаева поместили в карцер до 1 июля: при обыске у него якобы нашли некий «запрещенный предмет». Незадолго до этого Мансур жаловался на психологическое давление и высказывания одного из сотрудников изолятора, затрагивающие его национальность.