«Немножко испортил ей психику»

За закрытой дверью

Саида познакомилась с будущим мужем Ахмедом Идиловым несколько лет назад [некоторые даты и детали изменены по просьбе героини, — Прим. авт.]. Молодой человек долго за ней ухаживал, а затем, как принято во многих дагестанских семьях, пришел к отцу девушки и попросил согласия на брак. Молодые люди поженились и сняли отдельную квартиру в Махачкале. Саида вспоминает, что в повседневной жизни Ахмед казался заботливым мужем, но спустя короткое время после свадьбы девушка увидела его интимную переписку с другой женщиной. Ахмед мог часами сидеть с телефоном, запершись в ванной. Иногда, вернувшись от родителей, Саида находила на их общей постели чужие волосы. Супруги ссорились и мирились, потому что Ахмед каждый раз убеждал жену, что исправится.

— Я его даже за руку ловила, своими глазами видела в городе с девушкой, а он всё равно говорил: «Ничего не было». Но в остальном он вроде бы был нормальным мужем: меня не бил, заботился, относился с теплом. Если посмотреть на него со стороны — эрудированный, интеллигентный, совершенно адекватный человек, — рассказывает Саида.

В браке девушка забеременела, она надеялась, что появление ребенка поможет им с Ахмедом окончательно помириться и начать новую жизнь. Девушка вспоминает, что в одну из весенних [более конкретную дату мы не указываем по просьбе героини, в распоряжении редакции эта информация есть, — Прим. авт.] ночей Ахмед почти до утра не выпускал телефон из рук, так с ним и уснул. Не справившись с подозрениями, она взяла телефон и смогла подобрать к нему пароль. Сначала Саида зашла в галерею и увидела там множество откровенных фотографий незнакомых женщин. Часть снимков, как она поняла, ему присылали собеседницы, другие Ахмед скачивал из сети. Например, из отзывов покупательниц в онлайн-магазинах нижнего белья.

— Я сначала просто листала галерею и не понимала, откуда там столько голых женщин. Потом стала заходить в каждый диалог — и как будто попала в какой-то другой мир. Секретные чаты, приложения, сайты знакомств. Он мог взять фотографию из отзыва на нижнее белье, отправить какому-то мужчине и сказать, что это его знакомая, — рассказывает девушка.

В переписках супруга с мужчинами из разных городов Дагестана Саида обнаружила и собственные фотографии. На одних снимках она спала в нижнем белье, на других была укрыта одеялом. Собеседники Ахмеда просили снять ее ближе, приподнять одеяло или дотронуться до нее.

В распоряжении редакции есть скрины нескольких переписок. Из них следует, что некоторые собеседники Ахмеда хотели приехать к нему домой и изнасиловать его спящую жену. Мужчина отвечал, что готовится это устроить. В другом чате у Идилова спрашивали, носит ли его жена хиджаб. Он отвечал, что носит. Примечательно и то, что часть переписок происходила во время священного для мусульманина месяца Рамадан: Ахмед писал, что ждет, пока его супруга заснет после сухура (вечернего разговения), и тогда он сможет спокойно ее фотографировать.

— Я прочитала и испугалась: а вдруг кто-то уже приезжал? А вдруг меня могли чем-то усыпить? Я за собой ничего такого не замечала, не чувствовала, что нахожусь под таблетками или чем-то еще. Я не могу сказать, что это произошло. Но там они договаривались о всяком. После такого ты уже начинаешь вспоминать каждый день и думать: а вдруг? — рассказывает Саида.

История девушки напоминает дело 73-летней француженки Жизель Пелико. В 2020 году стало известно, что ее муж Доминик почти десять лет тайно давал супруге сильнодействующие препараты, приглашал незнакомцев, которые насиловали ее, пока она была без сознания, и снимал происходящее на камеру. В декабре 2024 года французский суд признал виновными в насилии над ней более 50 мужчин разных возрастов. Самого Доминика Пелико приговорил к 20 годам заключения. Расследование этого дела и наказание всех виновных стало возможным в том числе потому, что Жизель публично рассказала о произошедшем с ней. Она даже настояла на открытом судебном процессе, заявив, что хочет показать жертвам насилия, что стыд должны испытывать не они, а виновные в преступлении.

… В ту ночь Саида быстро переслала часть фотографий, сообщения, контакты некоторых мужчин и голосовые записи на собственный телефон. Несколько скриншотов она успела отправить подруге. Затем девушка разбудила мужа. Пребывая в сильном шоке, она бросала в его сторону всё, что попадалось под руку, — стаканы, тарелки — и требовала сказать, зачем он фотографировал ее и показывал посторонним. Муж ничего не отрицал. Он просил простить его, снова обещал исправиться и повторял, что не даст жене уйти.

— Я была уже в положении, меня от шока просто трясло, — вспоминает девушка.

Ахмед силой забрал телефон жены, на который она скопировала доказательства, и сбросил его до заводских настроек. Исчезли фотографии, переписки, контакты и доступ к прежней учетной записи. Позднее Саида ходила в сервисный центр, пыталась восстановить данные через электронную почту и старую сим-карту, но резервной копии не оказалось. Сохранилось только то, что девушка успела отправить подруге до разговора с мужем, эти скриншоты есть в распоряжении редакции.

После этого Ахмед спрятал ключи от квартиры и около недели не выпускал беременную жену из дома. В тот момент он не работал и почти всё время находился рядом. Первые дни Саида ругалась и требовала ее выпустить, но быстро поняла, что не сможет сама открыть дверь и уйти. Тогда она решила «втереться в доверие» и стала делать вид, что успокоилась.

— Я думала: покажу ему, что простила, что всё нормально, и он перестанет прятать ключи. Но прошел день, второй, потом вся неделя — ничего не менялось. Я старалась больше не устраивать истерик, чтобы он поверил, что я никуда не собираюсь, — говорит девушка. — А сама почти не спала. Ходила по дому полностью одетой, чуть ли не в комбинезоне. Постоянно тянуло живот, кружилась голова. Он вроде бы сидел тихо, руку на меня не поднимал, но я уже знала, на что он способен. Думала: он же может меня чем-нибудь напичкать. Я просто старалась не подавать виду, чтобы выбраться оттуда целой и невредимой.

Спустя неделю в заточении Саида решилась позвонить в экстренную службу спасения со своего очищенного телефона. До этого она надеялась, что муж сам ее отпустит. Вызов передали в Ленинский отдел полиции Махачкалы, сотрудники приехали довольно быстро. Прямо при них девушка собрала вещи, вышла из квартиры и больше туда не вернулась. Вместе с супругом ее забрали в отделение полиции.

Четыре пустых листа

Обратиться за помощью к родным Саида также всё это время не решалась. Она была уверена, что, узнав про фотографии и переписки, ее родственники убьют Ахмеда. Девушка не хотела, чтобы после расправы кто-то из ее близких оказался в тюрьме. Семье она рассказала только об изменах, но это не казалось им достаточным основанием для того, чтобы разводиться с мужем, еще и во время беременности.

— Дома мне говорили: «Ну, изменил и изменил, ничего страшного. Ради ребенка можно потерпеть. Зачем ты тогда вообще выходила замуж, если так быстро разводишься?» Но я всё равно не сказала им правду. Зная своих родных, я понимала, что они Ахмеда просто в живых не оставят. А мне нужно было, чтобы человек понес наказание по закону. Я думала: сейчас обращусь в полицию, там увидят всё и мне помогут, — объясняет Саида.

В Ленинском отделе полиции сотрудники забрали телефон Ахмеда, открыли галерею и начали читать переписки. Там всё ещё оставались интимные фотографии Саиды и его переписки с мужчинами. Полицейские, вспоминает Саида, сами говорили, что находятся в шоке от прочитанного. При них Ахмед снова признал, что фотографировал спящую жену и отправлял кадры другим людям. Саиде сотрудники дали корвалол, чтобы она успокоилась, а затем попросили написать заявление. Девушка подробно изложила, что нашла в телефоне мужа, и как тот удерживал ее в квартире. Когда она закончила, полицейские сказали, что из-за стресса в тексте наверняка есть ошибки, и предложили поставить подписи еще на четырех чистых бланках. Они заверили, что позднее сами правильно перепишут заявление.

— Я свое заявление перечитала. По-моему, там не было никаких ошибок, но они сказали: «Вы нервничаете, вы выпили корвалол». И я поверила этому бреду. Подписала четыре чистых листа, даже первое заявление не сфотографировала, — рассказывает Саида. 

Саида также ушла из отдела. Ей не выдали талон о регистрации заявления. В следующие месяцы девушка не получила ни постановления о возбуждении уголовного дела, ни отказа, ни уведомления о передаче материалов в другой орган. По российскому законодательству полиция обязана принять и проверить сообщение о преступлении, а затем уведомить заявителя о принятом решении. Тайная съемка и распространение интимных фотографий без согласия человека могут содержать признаки нарушения неприкосновенности частной жизни.

Однако никакой реакции на обращение Саиды не последовало.

Вскоре после посещения отдела полиции история получила новое развитие. В квартире, откуда Саида забрала вещи, оставались 350 тысяч рублей, принадлежавшие Ахмеду. О наличных, как считает девушка, полицейским рассказал сам муж.

Саиде позвонил оперативник, она запомнила только его имя — Мурат. По ее словам, этот сотрудник предложил ей вернуться в квартиру и забрать деньги. Половину она якобы могла оставить себе в счет махра — обязательного свадебного подарка, который муж обеспечивает жене во время заключения мусульманского брака (Ахмед его так и не подарил). А вторую половину следовало передать сотрудникам — распределить между ними «за работу». Саида предположила, что это ловушка, ведь деньги принадлежали мужу: если бы она самостоятельно вынесла их из квартиры, Ахмед мог обвинить ее в краже. Девушка только что оставила в полиции четыре листа со своими подписями и теперь не знала, какой текст на них может появиться.

— Я пострадавшая. Почему я еще должна им отдавать деньги? — рассуждает Саида. — После этого я уже боялась обращаться к какому-нибудь следователю: мне казалось, что меня снова попытаются подставить.

После ухода от мужа Саида переехала к матери. Родственникам Ахмеда она рассказала, почему обратилась в полицию, но поддержки не получила. По словам девушки, близкие мужа обвинили в случившемся ее саму, заблокировали ее номер и решили, что Ахмеду достаточно сходить к психологу. Первые месяцы Саида почти не выходила из дома и перестала общаться со знакомыми. Беременность протекала тяжело. Иногда у девушки не было сил даже принять душ. Затем она совершила попытку самоубийства и попала в больницу, а затем стала работать с психотерапевтом.

— Я полностью ушла в себя. Ни с кем не разговаривала, не выходила на связь. Первые три–четыре месяца были просто ужасными, — говорит Саида. — Я понимала, что моей вины ни в чём нет, но всё равно думала: как с этим жить? Мне казалось, что в мире нет никакой справедливости. Я даже собственной матери всё рассказала не сразу.

«Вот он, мой шанс»

Летом 2026 года Саида случайно увидела в Instagram ролик Махмуда Магомедова. В своем профиле он представляется как «Адвокат Махмуд», обещает разбирать сложные дела и защищать права тех, кто к нему обращается. На него подписаны почти 200 тысяч пользователей. Популярный в Дагестане юрист с огромной аудиторией показался Саиде человеком, который сможет ей помочь, поэтому девушка написала ему в директ. Она хотела, чтобы адвокат по закону добился наказания для ее бывшего мужа. Магомедов ответил почти сразу и сам предложил встретиться.

Они увиделись во дворе дома, где жила Саида, а затем дошли до ближайшего парка. Девушка подробно рассказала, что обнаружила в телефоне мужа, как он стер доказательства, как запер ее в квартире, и что произошло в Ленинском отделе. Она показывала сохранившиеся переписки, несколько раз начинала плакать. Магомедов ее успокаивал и убеждал, что поговорит с супругом. Но девушка не предполагала, что вся его работа ограничится этим разговором.

— Я тогда была в такой депрессии, что вообще ни с кем не общалась. И вдруг увидела его ролик. Подумала: может быть, вот он, мой шанс, хоть этот человек мне поможет. Ну, я ошибалась, — говорит Саида.

Денег за встречу Магомедов не взял. При Саиде он позвонил Идилову, обругал его за сделанное и потребовал выплатить жене обещанный махр в размере 150 тысяч рублей. На этом «юридическая помощь» закончилась. Магомедов не подготовил нового заявления, не связался с полицией и не объяснил Саиде, как обжаловать бездействие сотрудников. Главное, о чём девушка просила его с самого начала, — огласка. Она хотела во всеуслышание назвать имя мужа и показать его лицо, потому что видела в телефоне фотографии других женщин и боялась, что появятся и новые пострадавшие. И ко всему этому он посоветовал Саиде эту историю «не афишировать» и просто «замять». Позднее он объяснял свой совет тем, что, согласно мусульманской религии якобы нельзя очернять человека, а лучше скрывать его грехи.

— В его телефоне, помимо меня, были другие девочки. Он с ними знакомился, получал от них фотографии, которые потом мог показывать кому угодно. Махмуд знал абсолютно всё. Знал, в чём я была на фотографиях, знал, что мужчины просили поднять одеяло, что меня неделю держали дома, что полиция ничего не сделала. И всё равно сказал: «Дело лучше не афишировать», — вспоминает девушка.

«Причина испорченной жизни»

Примерно через месяц знакомые начали присылать Саиде новое видео Магомедова. В одном из роликов он рассказывал о 23-летней женщине, чей муж фотографировал ее спящей и отправлял снимки другим мужчинам. В его версии, у пары уже был ребенок, а супруг задолжал жене 150 тысяч рублей. Магомедов сообщил, что поговорил с мужчиной и сознательно не стал предавать историю огласке.

— Ко мне обратилась девушка 23 лет: ее муж, пока она спала, скидывал ее фотографии другим мужчинам и вел переписку сексуального характера с ними. Ее волновало, что в таком случае можно сделать. Также она сказала, что после того, как об этом узнала, она от него ушла, и дома какие-то 150 тысяч рублей остались, которые он ей не возвращает. Сделать юридически здесь много чего можно, но я ей посоветовал эту тему не открывать, персональные данные этого парня не раскрывать, потому что жизнь человеку сломать успеть можно всегда, — рассказал Махмуд. Сейчас его аккаунт в Instagram удален из-за того, что после случившегося резонанса на его профиль стали массово жаловаться недовольные пользователи. В распоряжении редакции остались видео юриста.

Саида сразу узнала собственную историю. Не совпадали только пару деталей. Девушка написала Магомедову и потребовала перестать искажать ее историю. Тот ответил, что рассказывает о совершенно другой женщине.

После первого ролика Магомедова стали критиковать, прежде всего, женщины. Пытаясь объясниться, он опубликовал текст, в котором рассуждал о том, что распространение таких сведений могло бы превратить «личную трагедию в публичный скандал». Затем записал еще одно видео. В нём он говорил, что не хотел стать причиной «испорченной жизни» мужчины. О последствиях для женщины Магомедов говорил иначе: по его словам, муж всего лишь «немножко испортил психику» Саиде.

Отвечая на критику, Магомедов настаивал, что женщины нередко сами провоцируют мужчин на насилие. В одной из переписок, которую «адвокат» сам выложил у себя в сторис, подписчица рассказала ему, что муж не позволял ее сестре видеться с детьми, а когда та пришла за ними, избил ее. Родственники зафиксировали побои и хотели понять, можно ли привлечь мужчину к уголовной ответственности. «Нет. Рот свой открыла, значит. Знаю я, как всё это бывает. Скиньте номер мужа», — ответил Магомедов.

В другом видео блогер заявил, что собственной сестре за некоторые комментарии в интернете он бы «свернул голову».

Мы также нашли нескольких женщин, которые в разное время обращались к Магомедову как к адвокату. Они рассказали, что сначала тот соглашался помочь, а затем начинал склонять их к интимным отношениям. Имена собеседниц мы не называем из соображений безопасности, переписки есть в распоряжении редакции. Одна из женщин наняла Магомедова для участия в судебном процессе, который продолжался несколько месяцев. По словам этой женщины, Магомедов на протяжении всего дела предлагал ей «удовлетворить его потребности».

— Этот человек, являясь моим адвокатом, присылал мне фотографии своих интимных частей. Всё это происходило на протяжении всего судебного процесса. Он знал мою безысходность: если бы я отказалась от него, пришлось бы нанимать нового адвоката, а средств у меня уже не было, — рассказывает женщина. — Поэтому я старалась лишний раз его не тревожить, по всем документам бегала сама, собирала справки, делала всё, что нужно для суда. Лишь бы он пришел на сам процесс и выступил за меня. Но даже этого не произошло.

Некоторые женщины также говорят, что платили Магомедову за консультации или ведение дела, но обещанной помощи не получили. Одна из наших собеседниц купила его онлайн-курс по российскому законодательству. В марте 2026 года блогер предлагал подписчикам приобрести такой курс, обещал объяснять право «без заумных терминов» и «без воды»: научить, как общаться с полицией, как вести себя при вызове в суд, как взыскивать долги, составлять договоры и защищать свои права. После оплаты женщину добавили в закрытый телеграм-канал. Сначала там появились несколько коротких текстов. По мнению покупательницы, они были созданы с помощью ChatGPT. Затем Магомедов и вовсе перестал публиковать материалы.

Несмотря на то, что Магомедов обещает своим многочисленным подписчикам «профессиональную адвокатскую помощь», в официальном реестре Адвокатской палаты Республики Дагестан, актуальном на 1 августа 2026 года, напротив имени Махмуда Магомедрасуловича Магомедова (регистрационный номер 05/1841) указано: «Статус прекращен». Почему и когда именно это произошло, в открытой части реестра не сообщается. Согласно закону об адвокатуре, человек с прекращенным статусом не вправе осуществлять адвокатскую деятельность.

Мы связались с Магомедовым, во время разговора он заявил, что Саида якобы поддерживает его решение и благодарна ему за помощь. 

…Сейчас Саида живет с матерью вдали от мужа, она находится на седьмом месяце беременности. По ее словам, супруг обещал помочь купить коляску, кроватку и другие необходимые для ребенка вещи, но в основном ограничивается обещаниями. Из всей семьи полностью о произошедшем знает только мать Саиды. Но даже ей девушка рассказала правду лишь спустя несколько месяцев.

— Сейчас мне уже намного легче, время всё-таки лечит. Но первые три–четыре месяца были самыми жуткими. Я ушла в себя и всё время думала, что в этом мире просто нет справедливости. Я потеряла время, когда обратилась в отдел, потом потеряла его с Махмудом. Каждый раз думала: вот он, шанс наказать человека, сейчас мне помогут. Но помощи не было, — говорит Саида. — Я хотела, чтобы мужа узнали в лицо, чтобы другие девушки понимали, что с ним нельзя иметь дело. Потому что в его телефоне была не только я. Не я — так следующая. Поэтому теперь я хочу хотя бы сама рассказать всё так, как оно было.

Аида Магомедова