Что россиянам ждать от «закона о гражданской казни»?
Опыт белорусов, которые живут так уже три года
Закон о «гражданской смерти», подписанный Владимиром Путиным 4 августа, дает российским властям практически неограниченные возможности. Они не могут дотянуться до эмигрировавшего оппозиционера физически, зато теперь способны отнять его имущество, оставить без паспорта, лишить возможности пользоваться госуслугами и оформлять доверенности за границей.
Белорусы живут так уже три года, причем вовсе не обязательно те, кто был заочно осужден. Еще 4 сентября 2023 года Александр Лукашенко подписал указ «О порядке выдачи документов и совершения действий», де-факто лишивший возможности обращаться в консульства за заменой паспорта, оформлением доверенности или имущественной сделки, заверением документа или проставлением апостиля. Доверенности, оформленные за пределами Беларуси, перестали приниматься. По любому мелкому документальному вопросу нужно было ехать в Беларусь. А для отжимания имущества даже судебные приговоры не были нужны.
«Новая-Европа» рассказывает, как живут и решают свои проблемы после «паспортного указа» отрезанные от страны исхода белорусы.
Квартиру Светланы и Сергея Тихановских в минском микрорайоне Восток продали с аукциона только с третьей попытки в июле 2023 года: дважды не смогли найти желающих купить жилье, в котором прописаны дети. На третий раз желающих было двое, и почти 13 часов они перебивали ставки друг друга. Квартира с прописанными владельцами и их детьми была продана даже выше рыночной цены. Сергей Тихановский в конце 2021 года был приговорен за «массовые беспорядки» к 18 годам лишения свободы, его жену Светлану в 2023 году заочно приговорили к 15 годам лишения свободы по семи статьям УК Беларуси, включая «госизмену» и «заговор с целью захвата власти».
В феврале 2024 года точно так же выставили на продажу квартиру еще одного оппонента Лукашенко на выборах 2020 года — Валерия Цепкало, бывшего дипломата. Его жена Вероника Цепкало тогда написала в фейсбуке: «Я обращаюсь к людям, которые захотят приобрести нашу квартиру по заниженной цене с целью “сорвать халяву”. Вы должны отдавать себе отчет в том, что мы обязательно вернемся домой, вместе с детьми въедем в квартиру, построенную на законно заработанные средства, и потребуем от вас уплаты арендных платежей за весь период пользования нашим имуществом!» Тем не менее квартиру Цепкало продали со второй попытки, а загородный дом, где прописаны их несовершеннолетние дети, — с четвертой. Валерий и Вероника в 2023 году были осуждены заочно: Валерий приговорен по десяти статьям УК Беларуси (от оскорбления Лукашенко до пропаганды войны) к 17 годам лишения свободы, Вероника по четырем статьям УК получила заочно 12 лет тюрьмы.
В мае 2025 года Следственный комитет Беларуси начал уголовное дело в отношении представителей белорусской диаспоры за границей, и по государственному телевидению тут же показали сюжет, предваряемый закадровым текстом: «У тех, кто призывает к санкциям против Беларуси и иными действиями наносит ущерб нашей стране, изымут недвижимость, оставшуюся на Родине, в счет компенсации потерь бюджета». В сюжете силовики ломали двери квартир уехавших белорусов, принимавших участие в митингах — уже не в Минске в 2020 году, а после отъезда — в европейских городах.
Кстати, при том, что знаменитый «паспортный» указ Лукашенко стал сенсацией, принятый в том же 2023 году в Беларуси закон «Об изъятии имущества» проскочил как-то незаметно. И зря, потому что там всё сказано предельно четко: «Основанием для изъятия объектов права собственности является совершение в отношении Республики Беларусь, ее юридических и (или) физических лиц недружественных действий». На человеческий язык это переводится просто: можно у всех отнять всё. И тут не поможет ничего, даже прописанные в квартире дети, которых по закону нельзя выписывать «в никуда».
Впрочем, даже в самой Польше выданный ее же органами «серый паспорт» документом не считается. С ним, к примеру, невозможно открыть счет в банке. А если учесть, что после истечения срока действия вида на жительство банковские счета (по крайне мере в Польше) блокируются автоматически, белорусам приходится очень нелегко, тем более что новых карт ВНЖ теперь приходится ждать годами.
— Ко мне недавно пришел клиент, — рассказывает «Новой-Европа» специалист по легализации в Польше Ольга Тимкина, — у которого закончился вид на жительство. Он подал документы заранее, но понятно, что ждать ему долго. Так вот, его работодатель-поляк сказал: «Ты здесь нелегал, я тебя увольняю». Когда клиент показал проездной документ, работодатель заявил, что это филькина грамота, но никак не документ. И таких случаев становится всё больше. По банкам люди бегают в надежде разблокировать счета, от отделения к отделению, — просто в надежде нарваться на тот самый человеческий фактор, когда кто-то посочувствует и пойдет навстречу.
