Екатерина Дунцова обратилась к Владимиру Путину с вопросом: «Мы хотим организовать домашний протест за свободный интернет, но не понимаем: можно ли это сделать, не подвергая людей риску?» Домашний протест — это шум каждый вечер в 20:00 (включать музыку, греметь кастрюлями, дудеть, свистеть). Такой же вопрос Дунцова отправила Вячеславу Володину, Валентине Матвиенко, Александру Бастрыкину, Владимиру Колокольцеву и Александру Гуцану.

Владимирское движение «Диалог» призвало жителей города в любую погоду носить с собой зонтик как «символ сопротивления государственному абсурду», а на вопросы провокаторов отвечать, что это от дождя, солнца или «просто для стиля». Законно и безопасно.

Это очень напоминает путь, который уже прошли белорусы в поисках законных и безопасных методов выражения собственной позиции.

Во время волны репрессий 2010–2011 года в Беларуси придумали хитроумный флешмоб — молчаливые акции. Суть в том, что в определенное время вечером по средам жители городов выходили на центральные улицы и молчали. Или аплодировали. Без лозунгов, кричалок, флагов — просто вечерняя прогулка горожан. К чему тут придраться?

Акции, информация о которых распространялась через социальные сети, проходили в Беларуси всё лето 2011 года, начиная с 8 июня. И если первая акция, когда на Октябрьской площади Минска собрались несколько сотен человек, потом синхронно начали аплодировать, а после попели песни под гитару, обошлась без задержаний (силовики наблюдали, но не вмешивались), то уже со следующей среды молчащих белорусов начали жестко задерживать. Накануне второй акции генеральная прокуратура Беларуси призвала граждан «не поддаваться на провокационные призывы и воздержаться от участия в незаконных акциях».

15 июня были задержаны 135 молчащих гуляющих белорусов. А дальше — по нарастающей. 22 июня подступы к Октябрьской площади Минска были перекрыты, а поезда метро перестали останавливаться на станциях «Октябрьская» и «Купаловская». Задержанных по всей Беларуси в тот день было уже 450 — за молчание. Потом — ИВС, суды, административные аресты и штрафы, отчисления из вузов и увольнения с работы. Всё как обычно в Беларуси, только с одним отличием: люди молчали. Иногда аплодировали. Больше ничего.

Потом, когда стало ясно, что в центр города уже не пробиться по средам, в соцсетях начали предлагать протестовать у себя дома, в родном районе. Выходить из дома и идти в центр района — к ДК, торговому центру, парку. Надеялись, что на такой территориальный разброс у силовиков не хватит ресурса. Хватило.

Но попробуй еще отличи участника молчаливой акции от обычного покупателя, если все собираются у торгового центра. Время вечернее, люди могут просто идти за покупками после работы. Это не Октябрьская площадь, где всё понятно. Коллега стала свидетелем сцены возле гипермаркета «Гиппо».

В Борисове задерживали семью с двухлетним ребенком и везли всех в РУВД. В Вилейке в милиции оказался щенок по имени Чен — его хозяина, вышедшего погулять с собакой, задержали на улице. Инвалида без руки судили за то, что на акции он «хлопал в ладоши».

В конце концов после выступления Лукашенко на государственном собрании по случаю Дня независимости раздались жиденькие робкие аплодисменты вместо положенных по протоколу оваций. Боялись на всякий случай даже чиновники. А на концерте по этому же случаю итальянский певец Рикардо Фольи никак не мог взять в толк, почему зрители не аплодируют. Да потому, что за это сажают. Впрочем, вряд ли итальянец это бы понял.

К осени в Беларуси приняли поправки в закон «О массовых мероприятиях». Теперь в законе появился термин «массово организованное бездействие». Отныне сбор граждан в определенное время в общественном месте, в том числе просто на улице, «для совершения определенного действия или бездействия», считался пикетированием. Закон с новыми поправками в народе прозвали просто: «Больше трех не собираться».

Массовые протесты 2020 года в Беларуси проходили под национальными бело-красно-белыми флагами. Сначала власти их подавляли, а затем началась охота на бело-красно-белую символику. Точнее, на сочетание цветов. «Под статью» попадало всё, даже носки (до сих пор интересно, как их ухитрялись рассмотреть силовики). Но сначала охотились на зонтики.

Еще осенью 2020 года в Минске появилась таинственная группа женщин, которая каждую неделю выходила погулять под бело-красными зонтиками. Их приветствовали гудками машины на улицах, им кричали «Жыве Беларусь!», им улыбались и радовались. Гуляющие женщины появлялись в разных районах города, их точку сбора и маршрут невозможно было узнать заранее. Иногда они были в масках, иногда — без. Весной 2021 года их начали задерживать.

Не знаю, как в других странах, но в Беларуси красно-белые зонтики были всегда очень популярны. Их можно было встретить на улицах любого белорусского города в дождь. И именно они в первую очередь стали антигосударственными символами. У нас дома тоже был такой зонтик. И я прекрасно помню, что весной 2021 года, когда мой сын шел с ним в школу, прохожие говорили ему «Жыве Беларусь!», а уже осенью того же года — «мальчик, ты что, в тюрьму захотел, спрячь это немедленно!». Когда с улиц исчезли зонтики, настало время носков и трусов.

25 марта 2012 года минчанка Наталья Сивцова-Седушкина вышла из дома, собираясь на курсы вождения. Ее задержали на улице и доставили в РУВД, где составили протокол за незаконное пикетирование и отправили в суд. «Незаконным пикетированием» были признаны белые носки с красной полосой. Интернет-магазин, где Наталья покупала носки, немедленно снял их с продажи, а сама минчанка была оштрафована на 2320 белорусских рублей (700 евро). К слову, это был уже второй протокол Натальи. Первый был накануне — за бело-красные ленточки на балконе. Тогда штраф составил 2030 рублей (615 евро). Носки опаснее ленточек, логика понятна.

Тогда же, весной 2021 года, когда начались аресты за сочетание красного и белого в одежде, житель Узды написал обращение в райисполком с вопросом, можно ли выходить на улицу в носках красно-белой расцветки. Ему пришел ответ за подписью зампреда райисполкома: «По морально-этическим нормам не следует использовать сочетание красно-белого цвета в одежде во время массового мероприятия, так как у белорусского народа это ассоциируется с преступлениями немецко-фашистских оккупантов и их пособников на территории Беларуси во время Великой Отечественной войны».

В январе 2021 года жительница Гродно Любовь Сарлай вышла на прогулку с подругой в теплых штанах с красно-белыми лампасами, купленными в 2014 году. На улице к девушкам подбежали омоновцы и завели их в микроавтобус. После ночи в ИВС был суд — по скайпу, за незаконное пикетирование. Судья живо интересовался цветами всех остальных предметов одежды: какого цвета куртка была на Любови, какого цвета шарф, какого цвета та часть штанов, что без лампасов. У Любови двое малолетних детей, так что административный арест ей дать не могли: посчастливилось отделаться штрафом, причем сравнительно небольшим — 580 белорусских рублей (175 евро). Заодно штраф влепили и подруге, на которой ни красного, ни белого в тот день не было и в помине.

Пожалуй, дороже всего была оценена футболка минчанки Алеси Яночкиной. Футболка с красной полосой в июле 2021 года мирно сохла на балконе, когда в дверь девушки начали ломиться силовики. В протоколе о незаконном пикетировании они написали, что футболка «формообразовывала бело-красно-белый флаг». Алесю оштрафовали на 2900 белорусских рублей (почти 900 евро). Дороже носков, штанов и ленточек оказалась та футболка. Впрочем, с ней могут поспорить красно-белые трусы бывшего политзаключенного Александра Андрушкевича: они были изъяты из его квартиры во время обыска и стали доказательством по уголовному делу об участии в протестах.

Кстати, еще в октябре 2020 года жительница Витебска Татьяна Северинец обращалась в районную администрацию с заявкой на проведение пикетирования на собственном балконе. Это произошло после того, как ее судили за такое пикетирование: Татьяна вышла на балкон с флагом, когда внизу шла колонна демонстрантов, чтобы их поддержать. Ее оштрафовали, и Северинец решила получить разрешение на пикетирование. Так вот, из администрации Татьяне ответили, что балкон в жилом доме не является общественным местом и, соответственно, получать разрешение не нужно. Это, впрочем, не мешало силовикам приходить в квартиры, на балконах которых висели красно-белые майки.

А вот минчанин Андрей Пархоменко носки антигосударственной расцветки не носил, подозрительных лампасов на штанах не имел и футболки на балконе не сушил. Но у него на балконе стояла коробка от телевизора LG. Обычная картонная коробка типичного «коробочного» цвета грязного песка с логотипом производителя. Посередине коробки шла темно-бордовая полоса с надписью LED TV. За Андреем пришли 26 апреля 2021 года. Доставили в РУВД, составили протокол о незаконном пикетировании — за коробку от LG. Спрашивали, за кого голосовал на выборах, хочет ли уехать за границу и как относится к повышению налогов. Потом суд и 15 суток в жодинском СИЗО. В камере он встретил такого же административно осужденного — тот продавал кролика у метро, и на кролике был красно-белый ошейник. Все 15 суток арестованных выводили в коридор и били по почкам — для «профилактики».

Летом 2021 года белорусы решили убрать красный цвет, чтобы не было дразнящего сочетания, и приклеивать на окна белые листы бумаги формата А4. За бумагу тоже начали арестовывать. Задержанных обвиняли в том, что они «выражали свои политические интересы путем размещения на окне одного белого листа бумаги». Задержанные объясняли, что на обратной стороне листа — детский рисунок. Или что лист защищает комнатное растение от прямых солнечных лучей. Но судьи не верили. И правильно делали, наверное: на белом листе можно много всего антигосударственного написать и нарисовать. Достаточно карандашом одну красную линию провести — и всё, родина в опасности.

А пианистку Наталью Копытько задержали за то, что на ее подоконнике вечером стояла горящая свеча. Свечу оценили в пять суток ареста. Наталья жила с мужем, композитором Виктором Копытько. Владелец квартиры — он. Почему забрали именно жену, а не мужа, и почему решили, что свечу в окне оставила Наталья, а не Виктор, до сих пор загадка.

Теперь белорусы тщательно выбирают одежду, прежде чем выйти на улицу: главное, чтобы никаких сочетаний красного и белого. А лучше, чтобы ни того, ни другого. Причем на нижнем белье — тоже. Кто их знает, что сочтут незаконным пикетированием. Зонтики пылятся в кладовках, свечи зажигаются подальше от окон. Впрочем, даже это не дает расслабиться: недавняя история свидетельствует, что поводом для ареста может стать даже молчание.