Танки с пауками

Заминка с поставкой тяжелой техники Украине могла быть связана с тайными «консультациями» США и РФ

На прошлой неделе в российско-украинской войне произошел стратегический переворот. Вместо того, чтобы не дать Украине проиграть, коллективный Запад наконец решил дать ей выиграть.

Через два дня после Рамштайна на Украину полился целый танковый дождь, и одновременно все стороны уверенно заговорили о двух других важнейших компонентах победы: авиации и ракетах дальнего действия. Было практически впрямую объявлено, что следующий Рамштайн, 14 февраля, будет «авиационным», Нидерланды заявили о готовности дать F-16, если Украина попросит, и одновременно украинские официальные лица везде уверенным тоном стали просить ATACMS (американские баллистические ракеты дальностью действия в 300 км).

В переводе на язык военных реалий. 300 танков, которых не хватало Украине в дополнение к 1000 уже у нее имеющимся, и которые просил на Западе Залужный, равны наступлению.

Более того, они равны наступлению на Запорожском фронте — на сухопутный коридор. Чтобы прорвать кишку по степи стратегической глубиной в 100 км, танки — это в самый раз.

Но чтобы наступать на Крым и Донбасс, танков мало.

Крым — это 150 военных баз и складов, забитых под завязку оружием. Если их уничтожать ATACMS, Крым падет автоматически. Если атаковать полуостров танками и полевой артиллерией, медленно продвигаясь вперед, то весь Крым превратится в Мариуполь.

Еще хуже дело обстоит в Донбассе. Там фронт имеет стратегическую глубину в 7 тыс. км до самого Владивостока, и там даже ATACMS не поможет. Оружие армия РФ будет везти грузовиками хоть с Урала. Там ВСУ поможет только авиация и наступление по правилам, примененным США в Ираке. Сначала авиация выносит все и бомбит войска противника до состояния каменного века, потом поверх всего этого двигаются танки, зачищая одиночные очаги сопротивления. При этом Донбасс опять-таки превращается в Мариуполь.

Еще раз, по-простому:

Танки — это сухопутный коридор.

ATACMS — это Крым.

Авиация — это Донбасс.

И вот танки уже дали, а все остальное — не за горами.

Этот полный стратегический разворот Запада был омрачен одной странной деталью: а именно, двухдневной заминкой в предоставлении танков.

На самом Рамштайне Украина, вопреки ожиданиям, танков не получила. Германия сначала отказалась их предоставлять, но через день ее позиция перевернулась на 180 градусов.

В это же время внутри России Путин назначил Герасимова командующим операцией, возле резиденций российского вождя стали спешно и демонстративно устанавливать ПВО (причем при взгляде на карту становилось ясно, что ПВО защищает его резиденции и только). А на Донбассе началось наступление, — настолько полноценное, насколько при существующем уровне подготовки российских войск и обеспечения их снарядами возможно.

Как объяснить эту заминку с предоставлением танков, с одной стороны, — и лихорадочные и демонстративные приготовления Путина, — с другой?

Конечно, проще всего объяснить это естественным путем. Мол, европейская бюрократия долго запрягает, Шольц хотел угодить тем немецким избирателям, которые выступают за «только бы не было войны», и пр. Так это и объясняла значительная часть моих собеседников, — от Михаила Подоляка, советника офиса президента Зеленского, до Андрея Пионтковского.

Однако по крайней мере четыре независимых источника выдвигают другую версию. А именно: все это время США, в лице главы ЦРУ Уильяма Бернса и советника по национальной безопасности Джейка Салливана, пытались вести с Путиным переговоры о перемирии. Михаил Подоляк категорически не согласен. «Переговоров не было, это были консультации», — говорит он.

Ок, согласимся и поправимся: консультации. Консультации отличаются от переговоров тем, что переговоры — это когда у вас есть мандат. А консультации — это когда вы без мандата прощупываете почву. Подчеркнем, что эти «консультации» велись без всякого участия украинской стороны, и как США собирались уламывать Зеленского — непонятно. Тем не менее, они не ограничились ноябрьскими встречами, когда Бернс встречался с Нарышкиным в Стамбуле, а потом летал в Киев.

Условия США якобы были таковы: отвод войск на линию по состоянию 23 февраля. Условия Путина были безумны. Он был якобы готов «меняться». Кремль был якобы готов уйти из захваченных им районов Херсонской и Запорожской областей в обмен на полный контроль над Донбассом и Луганском, включая те территории (Бахмут, Славянск, Краматорск, и пр.) — которые Путин до сих пор не контролирует и в попытке захватить которые он только под Бахмутом положил 40 тыс. зэков.

Обсуждалось также дипломатическое решение проблемы Крыма в переговорах в течение 15 лет (тут либо шах сдохнет, либо ишак), и инкорпорация Донбасса-Луганска в Украину в течение 5 лет, т.е. Минск-3.

Абсурдны эти условия по многим причинам. Самая простая из них та, что находящиеся сейчас под контролем войск РФ части Херсонской и Запорожской области — это т.н. «сухопутный коридор» до Крыма, который Путин в принципе не сможет удержать.

А территории, которые Путин хотел взамен, включают в себя линию украинских укреплений, создававшуюся восемь лет. То есть Путин пытался поменять то, что составляет основу украинской обороны и что ему не удалось захватить за год, — на то, что он в стратегической перспективе и так удержать не сможет.

При этом, вряд ли отдавая себе отчет в истинном положении дел, кремлевский вождь на совещаниях в бункере якобы произносил речи типа: «Сейчас додавим, 60% инфраструктуры Украины уже разрушено».

Кроме этого, заморозка статуса Крыма на 15 лет и Минск-3 были бы катастрофой для Украины и для всего свободного мира. Получалось бы, что можно вторгнуться в чужую страну, устроить Бучу, Мариуполь, убить десятки тысяч мирных людей, — и после этого остаться у власти, объявить охлосу о победе, получить ровно то, на чем настаивал и до вторжения и вдобавок успешно превратить собственную страну в Северную Корею. Это открывало бы зеленый свет для Си на Тайване и Эрдогана в Сирии и Закавказье.

Кроме того, опыт показал, что Путин ведет переговоры только с одной целью: или чтобы не договориться, или чтобы получить стратегическую передышку и использовать уступки как плацдарм для новой атаки. Все, кто с ним договариваются, по мнению Путина, лохи, а лоха грех не кинуть.

Это было бы полным предательством Украины Западом, и мне сложно представить сценарий, при котором эти «консультации» превратились бы в полноценное перемирие. Ну, Зеленский бы отказался, как он уже отказывался не раз после визитов европейских премьеров и президентов в Киев. И что бы они сделали?

Так или иначе, условия были: прекратить огонь за неделю до 31 января. Под это и готовился Рамштайн.

И вот на все это Путин не согласился сам. Вместо этого он назначил Герасимова для нового наступления и принялся демонстративно затаскивать ПВО на крыши для охраны своих резиденций. «Теперь вы будете со мной до конца», — якобы сказал он ближайшему окружению.

Решение по танкам якобы потому и было отсрочено на день, что крайний срок по согласию на переговоры продлили. Но Путин отказался. Тогда танки посыпались, как из ведра, и одновременно было объявлено о проведении через месяц «авиационного» Рамштайна, где, мол, дадут и самолеты (украинские летчики для них, кстати, давно подготовлены).

Не все опрошенные мной согласны в деталях. Геннадий Гудков считает, что Путин заблефовался: надеялся додавить Запад и неожиданно обнаружил, что Запад и вправду намерен закончить с этой войной поскорее. Если ее нельзя закончить переговорами, — значит, надо ее закончить, дав Украине оружие.

Роман Свитан, военный эксперт и летчик ВСУ, полковник запаса, считает, что консультации велись, но двухдневная заминка в Рамштайне тут ни при чем. Он подчеркивает, что консультации велись без ведома Украины. Другие два моих собеседника, пожелавших остаться анонимными, настаивают, что заминка была связана с «консультациями» напрямую: Путину продлили ультиматум, так как «надеялись, что танки будут не нужны», — но он оказался полностью неадекватен.

Что тут сказать? К 2023 году, после Бучи и Мариуполя, можно было надеяться, что Запад давно понял, что он имеет дело с невменяемым диктатором, и что единственный способ покончить с этой войной, — это победа Украины.

Поделиться
Больше сюжетов
День знаний о войне

День знаний о войне

Наш собкор в Украине рассказывает, как начался учебный год в Киеве

В Киевской области объявили День траура по жертвам российского удара по складу в селе Мила

В Киевской области объявили День траура по жертвам российского удара по складу в селе Мила

38 человек погибли, еще четверо числятся пропавшими без вести. Фото последствий атаки

Киев. Школа выживания

Киев. Школа выживания

Столица Украины опять пережила рекордные обстрелы. Наш собкор Ольга Мусафирова считает, что город перешел в статус прифронтовой территории

После Wildberries — Ozon

После Wildberries — Ozon

Под постоянными ударами ВСУ теперь и второй крупнейший в России маркетплейс. Уже пострадали несколько складов, продавцам обещают возместить ущерб

ПВЗ для «СВО»

ПВЗ для «СВО»

Российский военный маркетплейс «Рой.Маркет» запустился в режиме полной секретности. За ним стоят фонды из фильма «Он вам не Димон»

«Кто же спасет мою доченьку?»

«Кто же спасет мою доченьку?»

Россиянка и украинский солдат полюбили друг друга. Теперь она в тюрьме за госизмену, а он ведет кампанию за ее обмен. Рассказывает Дмитрий Дурнев

«Искандер» по-северокорейски

«Искандер» по-северокорейски

11 августа Россия обстреляла Запорожье баллистическими ракетами KN-23. Что о них известно

Не добровольная, не бригада и не спецназ

Не добровольная, не бригада и не спецназ

Институт изучения войны утверждает, что Россия продолжает формировать боевые части из украинских военнопленных. Но это не совсем так

«Идешь 100 метров — труп»

«Идешь 100 метров — труп»

Военный медик о заминированных трупах, отправке раненых в штурма и побеге с передовой